Вчера был 1418 день Спецоперации, а значит, она сравнялась по длительности с Великой Отечественной войной. Очень и очень многие зафиксировали на этом внимание.
Вспоминая же самое начало, февраль 2022-го — в те дни я оказалась будто между взглядами двух своих друзей. Один испытывал эмоциональный подъем, что отчасти передалось и мне. Другой довольно жестко отрезвил ожидания быстрого победного результата малой кровью.
Первый, оптимист, уже сложил свою честную голову на этой войне… Благодаря трезвому взгляду и решениям второго, уверена, жертв хотя бы локально стало поменьше, чем могло бы.
К сожалению, как в начале нам остро не хватило трезвости и адекватной оценки ситуации, так на всем протяжении боевых действий — и, к сожалению, до сих пор — не хватает воли и последовательности в адаптации страны перед лицом грозных вызовов и откровенной внешней агрессии.
Отчетливо это показывают колебания медиаресурсов в реакции на действия США и президента Трампа в конце прошлого — начале этого года. Венесуэла, захват танкеров под Российским флагом, волнения в Иране… Судят, рядят — плохой Трамп или хороший, за нас или за них… Не за нас и не за них. За себя и за Штаты. И странно, если было бы иначе.
Еще более странно — что мы как будто до сих пор оглядываемся на окружающий мир, пытаясь понять, с кем мы и кто с нами. Меж тем как естественно быть только с самими собой. Остальное — ситуационно. Быть самими собой, даже так.
Но в том-то и беда, что Россия, 1418 дней истекая кровью своих сынов и дочерей и нанося серьёзные потери близкородственному народу, который сделали нашим противником, превратили в оружие против нас, до сих пор, кажется, не совсем понимает — кто она.
Это инфантильное по сути сознание: как у подростка, который в один день тусуется с дворовой шпаной в надежде, что они примут его за своего, назавтра получает от шпаны по голове и запирается дома, еще через день прокалывает себе разные места и вдевает в них серьги, бунтуя против родителей.
Нет системности линии поведения, нету и взрослой трезвости, прагматичности, если хотите.
Зато есть инерция потребительского сознания общества, инерция субпассионарных, а то и откровенно компрадорских элементов элиты, которая даже за 1418 дней войны не стала в полном смысле элитой национальной. Не в значении национализма, а в значении консолидации с многонациональным народом Российской Федерации в борьбе, буквально, за общее выживание. За будущее страны и народа.
В этой связи — на что остаётся надеяться?
На семейные, дружеские, товарищеские связи. На соработничество порядочных, любящих Родину, деятельных и адекватных людей в разных сферах и на разных уровнях. На собственные силы и на плечо товарища, короче. И не забывать самим быть этим плечом для других.
В конце концов, если мы прошли эти 1418 дней вместе, значит, чему-то научились, и запас прочности у нас есть. И надо двигаться дальше, к миру после нашей Победы, пусть даже путь этот будет не только трудным, но и долгим, и поэтапным, и на этом пути нам придётся изыскать в себе не только дух и мужество, но и зрелый разум, и адекватность оценок, и понимание себя.
В принципе, нам ничего другого не остаётся — хотя бы из уважения к памяти павших и обязанности перед будущими поколениями нам нужно пройти и 1419 день, и 1420-й, и сколько их там будет еще…