В День отца хотелось бы вновь обратить внимание на актуальные проблемы современного отцовства.

16 октября 2024 года Патриарх Московский и всея Руси Кирилл на встрече с представителями движения отцов назвал принципиальной целью отсутствие безотцовщины в России и призвал мужчин занимать активную позицию в общественной жизни страны.

«Безотцовщины у нас быть не должно! Это принципиальное утверждение и наша цель. Но для того, чтобы было так, отцы должны занимать активную позицию в общественной жизни, заботиться об укреплении семейных ценностей, всячески содействовать воспитанию наших детей и молодежи», — заявил Патриарх.

Безотцовщина — это действительно одна из наисерьезнейших проблем нашего времени. Но суть этой проблемы заключается не в том, что отцы оставляют семью и детей, а прежде всего в том, что очень многим из них, любящим своих детей, не дают возможности быть отцами…

Проблема, в первую очередь, не в безответственных отцах, а в том, что в современном мире ведется необъявленная война против отцов, осуществляется дискриминация и дискредитация отцовства, существует узаконенное отцеубийство.

В российской Конституции почти 30 лет с момента ее принятия отсутствовало слово «отцовство», при том, что и материнство, и детство там имелись, и более того, было закреплено, что материнство и детство находятся под защитой государства (статья 38). Получалось, что все, кроме отцовства в семье — под защитой государства, а отцовство не защищено.

Для того чтобы узаконить пришедшую с отступающего от христианских традиций Запада борьбу с Богом и с Богом данной иерархией в семье, в обществе и вселенной, в национальные правовые системы в 20 веке стало включаться настоящее правовое извращение под названием «позитивная дискриминация» мужчин, когда настоящее поражение в правах, нарушение прав, лишение прав и льгот мужчин и отцов стали называть делом правильным и полезным, закрепляя этот нонсенс в законах, и делая его, таким образом, новым правилом.

В итоге в десятках бывших в прошлом христианскими стран и, к сожалению, в России отцовства в правовом поле практически не существует. У отцов нет никаких отцовских прав. Это, может быть, не всем и не всегда заметно, но неизбежно становится очевидным в случае внутрисемейного конфликта и развода родителей. Тогда-то и становится явным то, что до этого было тайным: в лучшем случае у отцов есть обязанности, в худшем — недостатки. Территория отца есть территория вины, вечной и неискупимой…

В странах Запада не первое десятилетие умами через безбожные СМИ стали властвовать лженаучные идеи о токсичной мужественности (потенциальной опасности всех отцов и мужчин), о множественности гендеров (вместо Богом сотворенных двух полов — мужчины и женщины), о так называемом домашнем, семейно-бытовом насилием мужчин и отцов (в связи с чем фактически отменяется презумпция невиновности для мужчин и отцов, а семья объявляется опасным местом, пока там есть мужчина, отец) и многие другие идеи, в основе которых — лженаучная клевета на мужчину, а фактически — на Бога, сотворившего Адама и для спасения человечества Самого ставшего Новым Адамом.

Символическое «изгнание» отцов, символическое «убийство» отцов в культуре (особенно в современном кинематографе), обиходе, системе права, феминистическое и детоцентристское мировоззрение заполонили нашу жизнь.

Как всякий дьявольский продукт, война с отцами, с мужским, адамовым началом в мире стартовала с дискуссий о правах женщин, однако в кратчайший срок проявилась ее истинная сущность, как борьбы с Богом установленными порядком, замыслом, Промыслом, историей сотворения человека и планом спасения человечества. Очень быстро феминистические общественно-политические движения перешли от разговоров о правах женщин на труд к разговорам об отмене института брака, убийствам младенцев, узаконенному блуду и разврату, всевозможным извращениям и откровенному безбожию и богоборчеству.

И вот уже в сентябре 2024 года председатель Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации Валентина Матвиенко вынуждена была публично признать и озвучить с высокой трибуны очередного женского форума, что феминизм из движения за права женщин переродился в движение против мужчин. А правильнее было бы сказать, что феминизм не переродился, а лишь сбросил маски.

В объявленный Президентом Российской Федерации в 2024 году Год семьи как никогда обострилась проблема реализации отцами конституционных родительских прав и исполнения ими конституционных родительских обязанностей после развода. Негативная динамика разводов «пробила» очередное дно. Регистрируемых разводов в стране стало больше, чем регистрируемых браков (отрицательная пропорция достигала временами 130:100).

Население России уверенно делится на две большие группы родителей: разведенных мам, которые живут с детьми, так как суд при разводе определил ребенку жить именно с ними (96% решений феминизированных судов), и на разведенных пап, которые становятся для собственных детей гостями, которым, по большей части уже не рады, и которым суды определяют графики общения нередко всего по несколько часов в месяц, да еще и с учетом занятости и желания ребенка. В итоге отцы уже не первое десятилетие массово выбывают из жизни подрастающих поколений.

В 2026 году уже порядка 40% детей в России (около 12 млн.) живет в монородительских материнских семьях, то есть в условиях патернпльной (отцовской) депривации, и такая страшная пропорция сохраняется не месяц и не год. Счет идет уже на десятилетия, что означает качественное изменение состава нашего общества, нации, наполненной поколениями безотцовщины.

А отцы, при молчаливом согласии общества и органов власти, существующих, казалось бы, для того, чтобы такого не было, все чаще не могут пробиться к собственным детям. Они отстранены от своих детей «волевым решением» и самодурством матерей и нередко бабушек со стороны матерей. Как показывают научные исследования, 4 из 5 разведенных матерей, пользуясь своим привилегированным положением, всячески препятствуют контактам бывшего мужа с собственным чадом.

Массовым явлением стало индуцированное отчуждение отцов, когда дети, вовлеченные в конфликт родителей, настраиваются против родителя, проживающего отдельно, и иных членов своей семьи. В результате ребенок теряет связь нередко с большей частью своей семьи. Размываются традиционные семейные ценности, разрушается семейные связи, механизм преемственности поколений, теряется семейная и национальная идентичность детей и подростков.

При живых отцах, желающих воспитывать своих детей, массовой стала та самая безотцовщина, про которую Патриарх сказал, что ее быть не должно. Это отражается и на недостатке патриотизма, и неправильном представлении о мужественности и о женственности у детей и молодежи.

Нация все больше наполняется «манкуртами», отцов своих и вообще родства своего не помнящими.
«Святая связь времен утрачивается…».

Пагубные последствия, к которым приводит (часто — намеренная) изоляция ребенка от отца, в большинстве случаев необратимы хотя бы в силу тотальной феминизации воспитательных практик. За пределами семьи детей воспитывают исключительно женщины — в детском саду, в школе, в других детских учреждениях, поэтому лишение ребенка всего того, что может дать ему его родной отец, как правило, решительно нечем компенсировать.

Учеными-психологами давно подмечено, что любовь матери — безусловна: ребенок почти никогда не рискует получить отказ в очередной порции тепла и ласки. Любовь же отца — условна. Именно в силу этой специфики, во многом, ребенок через отца учится правильно взаимодействовать с обществом себе подобных, с государством и главное — правильно выстраивать свою духовную жизнь, так как законы мира духовного, объективны, и не зависят от «хотелок» человека, от того, что человек сам себе напридумывал об мире невидимом и о своей душе.

Но первое из последствий безотцовщины, с которым сталкивается человек в мире видимом, связано с тем, что у взрослых людей отношения с обществом выстраиваются по образцу отношений с отцом. Поэтому поведение взрослого человека, в воспитании которого принимал участие отец, социально ориентировано: он готов пожертвовать своими личными интересами ради ценностей, превосходящих ценность собственной жизни. Отсутствие же отца сопряжено с неизбежным нарушением процесса воспитания и социализации ребенка.

Многочисленные исследователи судеб мальчиков и девочек, не получивших отцовского воспитания, отмечают их неуверенность в себе, трудности в определении моральных ценностей, высокую вероятность суицидального поведения, наркомании и правонарушений. У таких детей ниже уровень математических, логических, языковых способностей, часто понижен уровень притязаний. У них значительно выше уровень тревожности, эмоциональной расбалансирванности, чаще встречаются невротические симптомы, заболевания психосоматического характера, суицидальные проявления; они хуже общаются как со сверстниками, так и со старшими. Отсутствие отца отрицательно сказывается и на успеваемости, и на самоуважении детей; они хуже усваивают как мужские, так и женские роли и соответствующий стиль поведения.

А потому, к примеру, юноши либо становятся женственными, либо преувеличивают, гипертрофируют свою маскулинность (грубость, драчливость, жестокость и т. п.). Все дети безотцовщины во много раз чаще склонны к девиантному поведению, к сексуальным отклонениям.

Травмы привязанности на фоне родительского конфликта и индуцированного отчуждения детей от своих отцов носят межпоколенный характер. Выросшие без отцов дети реализуют негативные сценарии разводов и дисфункциональных отношений, усвоенные в семье своих родителей, теперь уже в своей взрослой жизни. И потому все негативные явления, связанные с институтом семьи, нарастают в количестве и качестве от поколения к поколению по экспоненте.

Ежегодно в России около полумиллиона детей переживают развод своих родителей, а дальше, как правило, живут с матерями, без необходимого участия в их жизни отцов.

В то же время, дети, выросшие без отца:

• в 3-5 раз чаще совершают самоубийство;
• в 35 раз чаще сбегают из дома;
• в 9 раз чаще бросают школу, недоучившись;
• в 14 раз более вероятно совершат изнасилования (мальчики);
• в 10 раз чаще становятся наркоманами;
• в 20 раз более вероятно закончат свои дни в тюрьме (около 90% контингента в местах лишения свободы — дети, выросшие без отца).

Чтобы в стране прекратилась катастрофически нарастающая и меняющая качественный состав нашей нации безотцовщина, необходимо предпринять усилия и государству, и всему обществу, и каждому из нас, каждому человеку на своем месте: в семье, в коллективе друзей или коллег.

В общественном, информационном пространствах, в правовом поле должно быть четко и недвусмысленно произнесено и закреплено, что права отцов являются настолько же естественными, как и права матерей; вступая в силу с момента зачатия ребенка, они должны сохраняться всю его жизнь.

Эти права никем не могут быть ограничены, потому что ими каждого отца наделил Бог — Творец этого мира. Реализация отцовских прав на воспитание, общение и заботу о ребенке не зависит от воли и желания кого бы то ни было, в том числе, — от воли и желания матери ребенка. Любое нарушение прав отца на воспитание, общение и заботу о своих детях является нарушением Богом данных прав человека, и должно караться человеческим законом так же, как оно несет неизбежные видимые и невидимые последствия по Закону Божиему. В противном случае, закон перестает выполнять свою функцию «удерживающего» в процессе действия «тайны беззакония» (2Фес. 2:7).

Поэтому в сегодняшних условиях христианская проповедь, в вопросах, касающихся социальных аспектов жизни человека, неизбежно требует и слова, направленного на возрождение культуры отцовства, возрождение социального статуса отца, осознание безальтернативной роли и места отца в качестве главы традиционной семьи.

Аналогично и на государственно-общественном уровне мужчина-отец должен вновь начать восприниматься не разнорабочим на различных хозяйственных объектах и не утилитарно-наемным охранником от внешних врагов, но онтологическим главой и защитником семьи, рода, Отечества, святынь веры, благочестивых обычаев и традиций народа, с соответствующим этому статусу, этой ответственности, правами, почетом и уважением.

Помоги же нам, Господи, всем и каждому на своем месте, в своем статусе, исполнить Твой замысел о гармонии, порядке и иерархии в человеческом обществе в целом и в каждой семье в частности.
Чтобы мужи-отцы любили жен своих, как Христос возлюбил Церковь любовью самоотверженной, любовью крестной.

Помоги нам, Господи, чтобы жены вновь стали послушны мужьям, боялись их оскорбить непочтительностью, грубостью, невнимательностью или унизить их честь в глазах своих детей, родителей, подруг и любого стороннего человека. Чтобы вспомнили все жены, что так послушно надеваемые ими платки в храмах имеют лишь одно значение, по слову ап. Павла, — этим они покорно демонстрируют всем — и окружающим людям, и ангелам Божиим, что они помнят свое место в иерархии человеческого общества, и безоговорочно признают над собой власть мужа (другого значения у покрытой женской головы нет).

А потому распространившийся в последнее время на Западе обычай женщин не покрывать своей головы даже в храме вполне соответствует общему духу богоборчества и войны с мужчинами и отцами. Всё это — проявление бесстыдной, даже не маскируемой гордыни человеческой, которая может быть выражена такими словами: «Кто мне отец? Кто мне муж? Кто мне Бог? Я сама как Бог!».

Помоги нам, Господи, чтобы вспомнив о власти над собой мужа, жены в целом изменили бы и свое отношение к мужчине и отцу, мужественности и отцовству, воинству и священству. Может быть, дойдет до кого необходимость прекратить вести свои бесстыдные ютуб- и телеграм-каналы, программы на ТВ и радио, группы в соцсетях, в которых позволяют они себе с высока оценивать и критиковать и мужчин, и отцов, и защитников Отечества, и священнослужителей, сея своей деятельностью соблазн, смущение умов, за которое, как сказал Господь, «лучше бы им жерновный камень на шею повесили и бросили в море».

Помоги же нам, Господи, чтобы дети благоразумно озаботились бы своим благополучием и долголетием, которое обещано Богом в пятой заповеди Моисея только тем, кто почитает своих отцов и матерей. Чтобы вразумились дети, выращенные озлобленными, безумствующими после развода матерями в изоляции от их отцов, без общения со своими отцами, дедушками, бабушками и всеми родственниками со стороны отца.

Чтобы успели покаяться со слезами такие дети, произнести по примеру, приведенному Господом, слова: «Согрешили мы против Неба и тебя, отец, и уже недостойны называться чадами твоими!», потому что по требованию своей матери называли «папами» ее сожителей и новых мужей, и вели себя с ними так, словно они, а не ты, наш отец; потому что не заботились о тебе, не поздравляли тебя с праздниками, не разделяли с тобой твои радости и печали, не послужили тебе в болезнях и заботах, не стали продолжателями твоих начинаний, не гордились твоими достижениями; забыли, что носим твою фамилию, а наше отчество образовано от твоего имени».

И еще, помоги нам, Господи, преуспеть во всем перечисленном, чтобы в конечном итоге, в главной молитве христиан, ежедневно обращаемые нами к Богу слова «наш Отец» вновь наполнились тем глубоким смыслом, который в них вкладывал воплотившийся и ставший Сыном человеческим Сын Божий, умерший, воскресший, восшедший на Небеса и грядущий судить вселенную Богочеловек мужского пола Господь Вседержитель Иисус Христос.