Признаться, я несколько раз подумала, прежде чем ехать из Донецка в Севастополь. О том, что неприятель может попытаться блокировать Крымский полуостров, знакомые военные предупреждали давно.

А с начала мая трасса Р-280 «Новороссия» была под ударами украинских дронов Hornet. По дороге в Севастополь мы видели результат охоты этих механических шершней с искусственным интеллектом: сожжённые бензовозы и грузовики на обочинах, подпалины от горевшего топлива на дороге.

По прибытии стало известно, что город сидит на топливной диете: бензин на заправках ТЭС гражданам отпускают по QR-кодам, без них заправляют только машины экстренных служб. При мне отказали в заправке даже священнику-волонтеру, что следовал в зону СВО.

Атака на тепловоз, в результате которой погиб помощник машиниста, привела к изменениям в графике движения поездов — часть рейсов из Москвы и Питера на полуостров отменили, а те, что отправляются из Севастополя и Симферополя, теперь следуют по территории Крыма только в светлое время суток.

Воздушные тревоги шли одна за другой; в иные дни город стоял — общественный транспорт останавливает движение на время тревоги.

«Что ж, севастопольцы говорят — мы всегда готовы к Третьей обороне!» — съехидничал товарищ из Донецка, бывший военный.

«Оставайся на месте дислокации. Дорога опасна. Считай, что ты в осаждённом Минас-Тирите…», — рекомендовал другой, действующий офицер.

Образ Севастополя как «русского Минас-Тирита», Белого города из Толкина, был у нас давно в ходу.

Мне и хотелось бы сказать, что перед возможностью осады, той самой «Третьей обороны», горожане подтянулись. Что начали проявлять солидарность. Но…

В один из дней застряла на Северной стороне. Тревога длилась уже больше часа, рейд закрыли, автобусы не ходят. Масса народу скопилось на площади генерала Захарова. Таксисты взвинтили цены. Автомобилисты из горожан величественно проезжали мимо толпы, где были и старики, и женщины с детьми.

Смеркалось. Ни одна, извините, собака — не остановилась и не предложила кого-нибудь подвезти. Запомнился мужчина в камуфляже на большом паркетнике — наверное, волонтер. Он с важным видом проехал мимо толпы в сторону Инкермана. Бензин дорог, да и в дефиците! Мне вспомнились волонтёры и военные, что вытаскивали мирных из горящего Мариуполя. Жгли не только собственный бензин — но рисковали транспортом, да и жизнью. Какие-то другие были волонтёры. Многие, кстати, даже и не носили камуфляж…

В другой день атака дронов застала в районе Стрелецкой бухты. Пулеметные трассы, взрывы в воздухе, прожектора рубят вечернее небо в куски…

Навстречу бежит компания подростков — похоже, вчерашние школьники. Парни матерятся, девчонки визжат от страха. Над ними летит дрон — слышен звук, как от газонокосилки. Кричу им спрятаться за здание. Прячемся. Дрон пролетает дальше. Спрашиваю у малышни — чего они здесь забыли. Говорят — живут далеко, пытались вызвать такси, никто не берет заказ. Позже таксист, который все же приехал, объяснил: водители не берут дальние заказы, потому что на них сожгут топлива больше, а денег заработают меньше.

— Почему бы городу не субсидировать таксистов, чтобы они могли держать человеческие цены и брать заказы, коль скоро во время воздушной тревоги это единственный транспорт?

— А! Думаете, властям на людей не пофиг?

— Проблема еще и в том, что самим людям, похоже, друг на друга пофигу.

В эти же дни враг ударил по зданию Музея-панорамы обороны Севастополя, где хранилось воссозданное полотно Франца Рубо. Об этом — в следующем очерке

Севастополь, июнь 2026 года