Массовые протесты в Иране могут стоить Китаю ключевого союзника. Об этом сообщает Reuters. Заявление Дональда Трампа о немедленном введении 25-процентной пошлины на экспорт в Соединённые Штаты от любых деловых партнёров Ирана ещё больше увеличивает напряжённость между двумя крупнейшими экономиками мира.

Двенадцатого января Трамп заявил, что торгующие с Ираном страны будут облагаться пошлиной в размере 25% на все продаваемые в США товары. «Указ является окончательным и обязательным», — написал американский лидер в соцсети Truth Social, не вдаваясь в подробности.

При всей экономической мощи Китай по-прежнему остаётся зависимым от США как от основного рынка своей экспортной продукции. Несмотря на громкие заявления китайского лидера, преодолеть зависимость в обозримой перспективе со стороны Китая не представляется возможным.

Это прекрасно понимают в Вашингтоне, поэтому используют экономическую уязвимость в сдерживании формирующейся сверхдержавы. После свержения лидера Венесуэлы фактический запрет Китаю использовать иранскую нефть наносит новый удар по стремлению Пекина диверсифицировать источники энергоносителей.

Иранец с китайцем браться навек?

Китайская Народная Республика остаётся крупнейшим торговым партнёром Тегерана. В 2025 году Поднебесная закупала в среднем 1,38 миллиона баррелей иранской нефти в день. Это составляет около 12% от всего её нефтяного импорта.

В других регионах ирано-китайская торговля укреплялась как связь между двумя основными странами древнего Шёлкового пути. В мае Иран и Китай запустили прямое железнодорожное сообщение. Иран является важной транзитной страной для сухопутной торговли Китая с Ближним Востоком и Европой. Новый сухопутный торговый маршрут требует всего 15 дней транзита по сравнению с 40 днями по морю.

Стратегическое географическое положение Ирана объясняет его видное место в знаковой инфраструктурной инициативе председателя КНР Си Цзиньпина «Один пояс — один путь». В 2021 году Пекин пообещал инвестировать 400 миллиардов долларов в течение следующих 25 лет, включая нефтепровод Кавказ — Иран — Пакистан стоимостью 280 миллиардов долларов. Впоследствии Китай попытался укрепить свои интересы в регионе, заключив неожиданную сделку по восстановлению дипломатических отношений между Ираном и Саудовской Аравией.

Ни пути, ни пояса

Однако последние события в Иране делают торговые связи Китая с Тегераном более рискованными, а его зарождающиеся амбиции в политике Персидского залива — весьма сомнительными. Любая смена режима в Иране при поддержке США может лишить Китай всеобъемлющего стратегического партнёра. Венесуэла тоже должна была стать для Китая «всепогодным» стратегическим партнёром. Но на Ближнем Востоке Пекин рискует потерять больше, чем в непосредственной близости от Соединённых Штатов.

Дальнейшие события станут для Китая сложной задачей, требующей постоянного балансирования.