Экономика

Китайское чудо оказалось грандиозным обманом

6 19256

Рост китайской экономики в период с 2006 по 2016 год завышался в среднем на 1,7% в номинальном выражении и на 2% — в реальном (с учетом инфляции). Согласно официальной статистике, за последние десять лет ВВП страны вырос более чем вдвое, но на самом деле этот показатель может быть на 12% меньше декларируемого, полагают эксперты американского Института Брукингса.

Проанализировав макроэкономическую статистику КНР с 2006 года, они обратили внимание, что данные по отдельным регионам и по стране в целом категорически не сходятся. Так, сумма ВВП всех провинций не соответствует заявленному размеру всей экономики. То же самое касается данных по инвестициям в основной капитал — то есть инфраструктурным стройкам, которые ведутся за счет муниципальных и региональных бюджетов в рамках пятилетнего госплана.

Именно выполнение плановых заданий, спущенных сверху руководством Компартии, и является причиной возникающих «приписок» к статистике в духе позднего СССР. «Поскольку местные власти получают вознаграждение за выполнение целей по темпам роста и инвестициям, у них возникает соблазн манипулировать локальной статистикой», — говорится в исследовании.

Чтобы оценить масштаб потенциальных манипуляций, экономисты Брукингса использовали данные по сбору налогов, — по их мнению, эти цифры меньше подвержены искажениям, поскольку с 2005 года учет поступлений в бюджет ведется на электронной основе через единую компьютеризированную систему. Из расчетов исследователей следует, что темпы экономического роста в КНР еще в 2012 году упали ниже 6%, а накопленным итогом экономика переоценена на 1,6 трлн долларов.

Битва сомнений

Сомнения касательно достоверности китайской статистики возникали неоднократно, напомнил «Ридусу» эксперт Академии управления финансами и инвестициями Геннадий Николаев. Например, в 2017 году, когда Национальное бюро статистики КНР официально признало завышение показателей в трех провинциях.

Однако, несмотря на это, суммарный показатель ВВП провинций продолжал превышать общенациональный. Да и анализ таких показателей, как потребление электроэнергии, объем железнодорожных перевозок и объем выданных займов, свидетельствовал о превышении реальных цифр почти на 2% в последние годы, — говорит эксперт.

Все это, по его мнению, достаточно печально: если факт манипуляций станет очевидным, финансовые рынки ждут серьезные потрясения, которые обязательно отразятся на экономике как развитых, так и развивающихся стран.

© Zuma\TASS

Эксперт «Международного финансового центра» Владимир Рожанковский, напротив, сомнительным считает доводы американских исследователей. ВВП Китая (в отличие от ВВП тех же США, база расчета которого, как известно, многократно менялась в последние годы) основан на 80% на легко проверяемых и вполне открытых данных Таможенной службы КНР, поясняет он.

Не забываем, что рост ВВП Китая главным образом основывался на достоверно регистрируемом росте экспорта и товарооборота в целом. Так что данное исследование выглядит откровенно заказным, — категоричен эксперт.

Не так страшен черт

С тем, что американские эксперты (целенаправленно или неосознанно) академически заблуждаются, согласен и шеф-аналитик ГК TeleTrade Петр Пушкарев. По его словам, это происходит из-за попытки применить для подсчета ВВП Китая привычные западным аналитикам методики. Они, возможно, подходят для стран с несколько иной структурой рыночной экономики, в частности с преобладанием на 75—85% сервисного сектора (то есть как в США и Западной Европе), но не материального производства.

В то же время любые методики расчета ВВП вызывают в последние годы нарекания у огромного числа экономистов. Например, вливания в финансовый сектор британской и американской экономики средств для спасения нескольких больших банков, по сути, оказались в финансовой части ВВП в графе „прибыль“, хотя это были именно госрасходы на ликвидацию кризисной ситуации, — замечает эксперт.

Чем больше банк выдает кредитов, тем выше его дебетовые балансы, поскольку такая задолженность является потенциальной прибылью банка. Но во многих случаях она засчитывается как реальная. Плюс капитальные расходы в промышленности, еще не отбитые, но вложенные, также засчитываются в ряде случаев как прибавка к ВВП.

«В январе 2019 года издержки именно этой современной методики не миновали и наш Росстат, в результате чего вложения „Новатэка“ и его партнеров в развитие „Ямал СПГ“ дали прибавку к ВВП не менее 1%, и рост экономики в 2018 году оказался в результате 2,3% вместо широко ожидаемых 1,3—1,5%», — делает ремарку аналитик.

© Александр Рюмин/ТАСС

В любом случае, по его мнению, бессмысленно задним числом переоценивать тот рост, который уже состоялся за десять и более лет. Неважно, был он на 1,5% больше или меньше, он все равно внес огромный вклад в подъем мировой экономики. Ее развитие подхлестнули реальные поставки (в Китай — сырья и топлива, из Китая — миллионов тонн готовой продукции) и бизнес-связи.

А последующий спад темпов роста, который мы наблюдаем теперь, так или иначе отсчитывается от того высокого уровня. И величина этого спада в процентах не зависит никак от того, с какой именно высоты этот спад начался, — констатирует Пушкарев.

Кроме того, история про спад в Китае — это тоже, по сути, распространенная иллюзия, полагает он: решение о сознательном замедлении промышленного роста принималось открыто на съездах и пленумах Компартии Китая. Китайские власти пришли к выводу, что развитие вширь и чисто по объему продукции пора останавливать, так как надо развивать в самой стране инфраструктуру и внутреннее потребление, чтобы реализация товаров зависела не только от внешнего спроса на них.

По мнению эксперта, именно этот потенциал развития Китай сейчас и использует, а не продолжает просто гнать «вал» продукции, которую некому будет потом есть, надевать, некому будет использовать ту же технику в таких количествах, если ее не будут потреблять в растущих объемах сами китайцы, огромная и быстрорастущая нация, людской потенциал которой намного больше, чем у западных стран.

Так что это замедление есть скорее перегруппировка сил, которая лишь сделает и китайскую экономику сильнее, и создает среди самих граждан Китая растущий спрос на товары из других стран. Словом, условное замедление в Китае — это „неизбежное благо“ для мировой экономики в любом случае, а вовсе не проблема, — резюмирует аналитик.