Историю с огромной очередью на выставку русского художника Валентина Серова в Третьяковке стала очередным кошмарным событием в ЭТОЙ стране в хронике либеральных адептов. И вот уже понеслись по просторам знакомые напевы из разряда «в этом нищем государстве с разорванной в клочья экономикой, последнее, что осталось голодным жителям, так прийти на Серова, да и тут замерзнуть в очереди и сломать дверь».

Очередь «на Серова» сравнивают и с очередью на пояс Благородицы, и с очередями за хлебом в блокадном Ленинграде, и с советскими очередями за колбасой.

Нет бы порадоваться, что народ идет за просвещением и элементарной эстетикой, но и тут фейсбучные плакальщики и медийные «всепропальщики», а также никогда не попадавшие в оренбургскую метель потерпевшие от метели в Оренбурге, непременно хотят оставить пару или поболее остракизмов на эту тему.

Однако я, как человек регулярно посещающий Третьяковскую галерею (кому-то это покажется классной воскресной шуткой, но это действительно так), да и другие художественные выставки и культурные события, довольно часто вижу большие очереди на подобных мероприятиях. 

В Третьяковке так каждый вернисаж культового русского или зарубежного художника — это событие и очередь желающих. 

К сожалению, ни Павел Михайлович Третьяков, основывая в 1856 году свою картинную галерею, ни Николай Сукоян с Юрием Шевердяевым, проектируя в 60-м ЦДХ, не придумали к ним раздвижных стен и прочих трансформеров, вот ведь темные люди. 

Могут вместить столько, сколько заложено при основании, как и в Уфицци во Флоренции. Потому люди и терпеливо стоят и ждут. Даже по несколько часов. Даже на морозе, в России они бывают некоторое количество времени в году.

И я рад таким очередям. Каждая такая очередь — это осиновый кол в чрево чешуйчатых сколопендр, эстетикой для которых являются яйца Паши Павленского, рассказы Улицкой и сатира шендеровичей. Как же вас плющит, радостно то как!