Более десяти лет поток трансатлантического капитала двигался в одном направлении, способствуя неуклонному росту доллара и оставляя евро далеко позади. Сейчас крупнейшие инвесторы говорят, что ситуация меняется.

Европейская валюта переживает возрождение, которое редко наблюдалось с момента её создания в 1999 году. Текущий курс евро — лучший за последние два десятилетия. Управляющие активами вроде Amundi SA меняют ориентацию с медвежьей на бычью.

Решимость Дональда Трампа перестроить мировую торговлю дала европейским политикам шанс получить то, к чему они давно стремились. Речь идёт о валюте, которая, как считается, поддерживает сильную и стабильную экономическую державу, а не раздробленную и подверженную кризисам часть света.

Процесс пошёл, его будет трудно обратить вспять

Несмотря на сохраняющуюся неопределённость в отношении торговой войны президента США, инвесторы вроде Андреаса Кёнига из Amundi говорят, что приведённые в движение в течение бурных недель начала апреля силы нелегко преодолеть.

В прошлом месяце курс евро поднялся до 1,15 доллара, что стало самым высоким показателем с конца 2021 года.

«Это структурное изменение. Оно может занять гораздо больше времени и зайти намного дальше, чем мы предполагаем на данный момент», — сказал Кёниг агентству Bloomberg.

В понедельник курс евро снизился до 1,11 доллара после того, как США и Китай договорились временно снизить тарифы. Данная информация вызвала оживление в американских активах и привела к росту курса доллара. Инвесторы закономерно приветствовали деэскалацию торговой войны в США. Но история показывает, что для достижения детального соглашения между двумя странами может потребоваться много времени.

Окно возможностей

Для Европы бычий подъём валюты знаменует резкий разворот по сравнению с январём, когда настроения были мрачными. В Евросоюзе по-прежнему много проблем. При этом непонятно, как будет выглядеть политика Трампа в ближайшие месяцы.

Тем не менее трудно переоценить размер потенциального пула инвестиций, которые могут начать поступать в европейские активы. Даже частичный возврат триллионов долларов, которые европейские инвесторы вложили в США за последние 15 лет с целью обеспечения более высокой доходности и доступа к более быстрому экономическому росту, может оказать серьёзное влияние на единую валюту.

Тем временем политики вроде президента Франции Эммануэля Макрона ищут возможность увеличить долю евро в резервах и наличных деньгах, хранящихся в мировых центральных банках и других официальных учреждениях. Сейчас доля евро составляет всего 20% от общего объёма, в то время как доля доллара приближается к 60%. Его доминирующее положение мало изменилось со временем.

Надежды и тревоги

Мир сильно переоценивал США, и теперь ситуация изменится. Так рассуждает глава отдела макроэкономических исследований State Street Global Advisors Эллиот Хентов.

«Выиграет ли Европа от такой диверсификации? Безусловно», — отметил Хентов.

Это замечательный поворот к лучшему для валюты, которая, казалось, обречена на крах ещё в разгар кризиса суверенного долга в 2011 году.

Но сильный обменный курс может быть палкой о двух концах, поскольку он повышает цены на товары за рубежом, нанося ущерб экспортёрам. Финансовый директор Continental AG Олаф Шик на прошлой неделе предупредил, что сильный евро окажет давление на продажи и прибыль производителя шин.

«Тарифы уже привели к росту цен на товары в США, а укрепление евро сделало бы их ещё дороже. Ещё один внезапный скачок курса евро может вызвать беспокойство», — прокомментировала глава валютной стратегии Rabobank Джейн Фоули.

Инвесторы настроены оптимистично

За вновь обретённой силой евро стоят два катализатора.

Во-первых, февральское решение Трампа сократить десятилетнюю военную поддержку Европы побудило Германию отказаться от многолетней политики жёсткой бюджетной экономии и запустить план расходов в размере триллиона евро (1,1 триллиона долларов). Считается, что данные действия изменили правила игры для долгосрочных перспектив экономического роста блока.

Во-вторых, администрация США ввела пакет тарифов, призванных перестроить мировую торговлю, усилив угрозу рецессии и подорвав непомерные привилегии, которыми долгое время пользовались американские активы. Евро вырос вместе с традиционными валютами-убежищами — швейцарским франком и иеной, в то время как доллар и казначейские облигации США были распроданы. Это необычное явление, которое подразумевает, что инвесторы перестали рассматривать доллар как тихую гавань.

«В последние недели казалось, что мы переживаем историческое событие. Колебания курса евро были исключительными по масштабам», — отметил глава отдела валютной стратегии Deutsche Bank AG Джордж Саравелос.

Большинство тарифов в настоящее время приостановлено до июля, чтобы дать администрации Трампа время заключить некоторые торговые сделки. Они всё ещё могут быть сильно смягчены. Если это произойдёт, инвесторы могут снова обратить внимание на всё ещё вялый экономический рост в Европе и тот факт, что процентные ставки снижаются, что ограничивает потенциальную доходность активов ЕС.

Но пока что многие настроены оптимистично по отношению к евро. Deutsche Bank, который до января прогнозировал падение курса евро ниже паритета с долларом в этом году, теперь ожидает, что к декабрю он вырастет до 1,20 доллара, а к концу 2027 года — до 1,30 доллара.

Заглянуть в будущее

Тезис о структурном сдвиге подтверждает и волна валютного хеджирования со стороны зарубежных инвесторов в американские акции и облигации для защиты от дальнейшего снижения курса доллара. На рынке валютных опционов стоимость ставок на рост курса евро к доллару в течение следующего года сейчас выше, чем ставки на следующий месяц, что произошло впервые за три года. Это означает, что инвесторы не просто стремятся к краткосрочному росту, но и готовятся к более длительным переменам.

Директор по инвестициям Morgan Stanley Investment Management Джим Кэрон — ещё один портфельный управляющий, убеждённый, что происходит глобальная перестройка баланса. Для него финансовые стимулы Германии — ключевой фактор, привлекающий капитал на рынок с привлекательными долгосрочными оценками и перспективами более высокой доходности.

«Мы не считаем, что курс евро был завышен. На самом деле мы считаем, что он занижен. Ему есть куда расти в цене», — подытожил Кэрон.